Статья: Мы разбудим спящие недра! (Из истории открытия нефти в Урало-Поволжье)

10 июня 1929 года, на следующий день после успешно проведенных испытаний скважины, вопрос «О мероприятиях содействия развитию разведки и добычи чусовской нефти» был вынесен на заседание президиума Уральского облисполкома. В принятом постановлении отмечалось: «а) что уже количественные результаты бурения первой скважины и предварительная обработка и анализ полученной нефти указывают на несомненно промышленное значение месторождений нефти Верхнечусовских Городков и ее хорошее качество; б) что, согласно постановлению ВСНХ Союза, разведка нефти и пробная добыча проводятся непосредственно Главгортопом при консультации Геолкома и Главгортопом организовано Управление работ по разведкам и добыче нефти» (ГАСО. Ф. Р-88. Оп. 1. Д. 2099. Л. 10-11). «Перед Уральским областным советом народного хозяйства (УОСНХ) и Уралпланом ставилась задача по проработке вопроса об опытном использовании чусовской нефти на некоторых предприятиях Уральской области и Пермской железной дороги для обеспечения возможности скорейшего массового использования этой нефти в основных отраслях промышленности Урала» (ГАСО. Ф. Р-88. Оп. 1. Д. 2099. Л. 10-11). Промышленность Урала с нетерпением ждала чусовскую нефть, но за пределы села она долгое время не вывозилась, шла только на внутренние нужды промысла.

Чусовская нефть, резко изменившая жизнь Верхнечусовских Городков, по цвету, запаху и вязкости отличалась от бакинской и грозненской. На расширенном заседании Пермского окрисполкома от 16 мая 1929 года ей дал сжатую характеристику И.А. Уткин: «Удельный вес 950, по удельному весу эта нефть тяжела, потому что мы привыкли, чтобы удельный вес нефти был 875» (ГОПАПО. Ф. 2. Оп. 6. Д. 145. Л. 19). На нем же было принято решение: все химические исследования, связанные с нефтью, сосредоточить в Пермском госуниверситете. И уже 21 мая в газете «Звезда» профессор университета химик-органик Д.М. Марко сообщил о первых результатах исследования нефти. Анализ лабораторных исследований из единственной скважины № 1, проведенный профессором Сахановым позже, приведен также в докладной записке «О пятилетием плане “Уралнефти”». В нем приводятся следующие цифры: «...бензина -- 22 %, керосина -- 14 %, газойля -- 8-10 %, дистиллята тяж. -- 20 %, асфальта -- 36-34 %» (Центральный государственный исторический архив Республики Башкортостан - ЦГИА РБ. Ф. Р-699. Оп. 1. Д. 46. Л. 33).

Ожидание большой нефти

Открытие нефтяного месторождения привело к созданию первых управленческих структур. В мае 1929 г при Главгортопе было создано «Особое бюро -- «“Уралнефть”» для руководства всеми работами по разведке нефтяных и газовых месторождений Урала, которое в июне преобразовано в контору бурения «Уралнефть». В октябре того же года она получит статус разведочного треста с аналогичным названием. В организации последнего главенствующая роль принадлежала лично И.В. Сталину. Он и инициировал организационное оформление первой крупной структуры управления нефтяной промышленностью Урала. Через два месяца после открытия нефти на Урале Сталин в письме

В.М. Молотову изложил видение им проблем освоения первого нефтяного месторождения Уральской области: «Обрати серьезное внимание на нефтяное дело на Урале. Решили, оказывается, поставить всего лишь 10 буровых за год. Буровые инструменты большей частью ударные, а не вращательные, т. е. проходка будет убийственно медленная. Это значит, что ВСНХ и “шефы” Уралнефти -- Азнефть и Грознефть относятся к делу добычи нефти на Урале также приблизительно, как Нобель относился к Ухте. Это безобразие и преступление. Надо, по-моему: а) организовать теперь же специальный трест “Уралнефть”, освободив Урал от его “шефов”, готовых притушить нефтедобычу на Урале; б) во главе “Уралнефти” поставить опытного коммуниста-нефтяника, прогнав с Урала вредителя, Добрынского (кажется, Добрынский), данного “шефом” Грознефтью (на тебе боже, что нам негоже); в) обязать ВСНХ поставить в этом же году от 40 до 80 буровых с вращательными станками. Без таких и подобных мер дело затормозится (или даже заглохнет), и никакой реальной разведки на Урале не будет у нас» [Сталин 1995, с. 147; Курятников 2009, с. 144].

Нефтепромысел Верхнечусовских Городков с 1930 года станет «имени тов. Сталина». Это письмо вождя «стало программным документом, положенным в основу развития Верхнечусовского (Городковского) месторождения и определившим темпы и характер нефтеразведочных работ на Урале. Им же были показаны основные направления организации управления уральской нефтяной промышленностью: создание специального треста «Уралнефть», укрепление его руководства; избавление от излишней опеки «шефов» -- бакинцев и грозненцев. 30 сентября 1929 года Президиум ВСНХ утвердил представленную «Урал- нефтью» программу бурения на 1929/1930 гг.» [Романовская 2005, с. 357]. Это была реализация указания Сталина «поставить в этом же году от 40 до 80 буровых». «Решение пробурить 50 скважин в Верхнечусовских Городках, -- подчеркивал видный знаток истории нефтяной промышленности СССР С.М. Лисичкин, -- в то время было грандиозным» [Лисичкин 1958, с. 347]. В ноябре 1929 года первым управляющим треста «Уралнефть» был назначен К.А. Румянцев.

Техническая оснащенность нефтяного района была слабой. Буровые вышки строились деревянными. При бурении первых скважин использовались в основном буровые станки американского производства «Стар» и «Ротар» и ряд других -- «Сюлливан», «грозненского типа». Они приводились в действие при помощи паровых машин с котлами, работавшими на дровах, угле или нефти. В сведениях по тресту с 21 по 25 января 1930 зафиксировано, что из 5 скважин в эксплуатации была только одна -- 1-я, из которой было добыто за пять дней 44,1 тонны нефти (ГАСО. Ф. Р-88. Оп. 1. Д. 2211. Л. 21). В период с 21 по 25 июня 1930 года в эксплуатации числилось три скважины, фактически нефть добывалась только из двух насосным способом -- из 101-й (бывшая 20-я) и 1-й. Из 28 буровых станков в рабочем состоянии находилась только половина.

Добыча нефти не выходила на запланированные показатели -- вместо 300 тонн было добыто всего 152,8 тонны (ГАСО. Ф. Р-88. Оп. 1. Д. 2211. Л. 10). Большой нефти в Верхнечусовских Городках так и не было. Первая нормальная эксплуатационно-разведочная буровая скважина под № 1 была заложена 16 января 1930 года и закончена 16 мая 1930 г. на глубине 429 метров. Она находилась на расстоянии 30 метров от впервые вскрывшей нефть в районе скважины № 101 Геолкома. Целью ее было вскрыть всю толщу нефтеносных известняков и выявить действительную отдачу пласта, так как скважина № 101 из-за малого ее диаметра, не допускавшего спуска насоса на надлежащую глубину, не могла решить этой задачи.

После спуска в скважину третьего насоса начальный среднесуточный дебит был определен в 50 тонн. Уже в июне 1930 года ее среднесуточный дебит упал и составил чуть более 30 тонн в сутки, что подтверждается данными о добыче. За период с 1 по 25 июня из нее извлечено при насосном способе эксплуатации 757,5 тонны нефти (ГАСО. Ф. Р-88. Оп. 1. Д. 2211. Л. 10). В целом дебит скважин этого месторождения был незначительный. Он колебался в пределах 10 тонн. Первые дни скважин характеризовались иногда весьма эффективными фонтанными выбросами. Так, скважина под № 63 давала в первые дни до 140 тонн нефти в сутки. Вводившиеся затем в промышленную эксплуатацию скважины отличались недолгим эксплуатационным периодом, неустойчивой и быстро снижающейся добычей. О добыче нефти в Чусовских Городках дают представление следующие цифры [Федоров 1939, с. 464) (см. таблицу).

Таблица 1. Объемы добычи нефти в Чусовских Городках

Верхнечусовское месторождение нефти за период его существования было выработано и в 1942 году закрыто (Государственной архив Пермской области - ГАПО. Ф. Р-1150. Оп. 1. Д. 215. Л 1).

Следует отметить, что в 1930 году трест «Урал- нефть», ввиду важности поисков нефти на Востоке страны, наделили еще большими полномочиями. Постановлением правления Всесоюзного объединения нефтяной промышленности «Союзнефть» от 22 июля 1930 года ему передавались поисковые и геолого-разведочные работы на еще более обширной территории. (ЦГИА РБ. Ф. Р-699. Оп. 1. Д. 767. Л. 2). В 1931 г. на базе треста «Уралнефть» был создан новый мощный трест «Востокнефть», поисково-разведочные работы которого позволили открыть крупные месторождения нефти в Башкирии, а затем и в Поволжье. «За первую пятилетку по СССР в 4 раза возросло финансирование разведочных и буровых работ на новых площадях. Трест «Востокнефть» освоил капиталовложений на сумму в 465 млн рублей, в том числе по Уралу -- 33 млн рублей» (РГА в г. Самаре. Ф. Р-314. Оп. 2--1. Д. 4. Л. 548).

Завышенные ожидания большой нефти на Востоке страны выразились не только в расширении полномочий треста «Уралнефть» и преобразовании его в «Востокнефть». О них можно судить и по выступлениям его руководителей. Так, в докладе на расширенном пленуме Верхне-Городковского РК ВКП(б) в марте 1930 года заместитель управляющего трестом «Уралнефть» А.Н. Севастьянов поделился с присутствующими планами на первую пятилетку. «На 1931-32 год, -- подчеркивал он, -- нам запроектировано 120 млн руб., а в последующий год пятилетки 150 млн руб. К концу пятилетки мы должны поставить 203 станка, 812 буровых и пройти 449000 п. метр. проходки. <...> У нас на Урале такой темп строительства, что мы в 4-е года должны догнать бакинскую нефтяную промышленность. <...> Нам нужно 5000 рабочих. <...> Следовательно у нас на первом плане стоит строительство вышек, на втором -- проходка и на третьем жилищное строительство» (ГОПАПО. Ф. 2. Оп. 7. Д. 35. Л. 3). В докладной записке «О пятилетием плане “Уралнефти” к концу первой пятилетки, как посчитали ее авторы, добыча нефти на Верхнечусовском месторождении должна была составить 5 млн тонн (ЦГИА РБ. Ф. Р-699. Оп. 1. Д. 46. Л. 32 об.). Был поднят вопрос и о привлечении промышленных предприятий Урала к обслуживанию нефтяной промышленности региона, организации соответствующих производств.

Капитальные вложения в развитие нефтяной промышленности Урала за период первой пятилетки (1929/30 -- 1932/33 гг.) по утвержденному пятилетнему плану должны были составить 357 млн рублей (ГОПАПО. Ф. 2. Оп. 7. Д. 36. Л. 48).

В составлении такого плана нашли отражение форсированные темпы освоения месторождения. Правительство уже «в 1929 году признало необходимым форсировать нефтеразведочные работы в этом районе. 6 сентября 1929 года Совет Труда и Обороны (СТО) обязал ВСНХ СССР и Госплан СССР в контрольных цифрах на 1929/30 хозяйственный год обеспечить такой темп развития «Уралнефти», который бы дал возможность с обязательным применением наиболее современных и подходящих к грунту методов бурения пройти не менее 50 буровых скважин, увеличив при этом капитальные работы по “Уралнефти” до 15 миллионов рублей» (ЦГИА РБ. Ф. Р-699. Оп. 1. Д. 18. Л. 182).

В кратчайшие сроки необходимо было создать работоспособные коллективы, обеспечив их всем необходимым для проведения работ. Деятельность треста неотделима от личности его первого управляющего, К.А. Румянцева. Тесно связанный с Баку, он пригласил в Верхнечусовские Городки бакинских специалистов-нефтяников, которые стали кадровым фундаментом вновь созданного треста «Уралнефть». По тресту комплектование кадрами осуществлялось исключительно высокими темпами. Так, численность рабочих за год (с 1 октября 1929 г. по 1 октября 1930 г.) увеличилась с 544 человек до 3147-ми, административно-технического персонала -- с 16 человек до 203-х, служащих -- с 30 до 324 человек. Соответственно, рост числа рабочих составил 578,5 %, служащих -- 1239,00 %. Наиболее «высокие темпы роста за тот же период были отмечены среди рабочих бурпартий: их численность увеличилась более чем в 7 раз -- с 61 чел. до 431 чел. На 1 января 1930 г. общее число рабочих и служащих треста “Уралнефть” составило 1349 человек -- 3,5 % от занятых в нефтедобывающей промышленности СССР» (ЦГИА РБ. Ф. Р-699. Оп. 1. Д. 90. Л. 104).

Нефтяной фактор в жизни села

«Открытие нефти на территории села Верхнечусовские Городки сразу же поставило перед властями вопрос о дальнейшей судьбе крестьян, проживавших в непосредственной близости от буровой вышки № 101, о дальнейших перспективах существования села. Эти же вопросы возникли и перед крестьянами. О том, что появилась необходимость в переселении крестьян, информировал членов бюро Пермского окружкома ВКП(б) 11.XII- 1929 г. заместитель управляющего трестом «Урал-нефть» Р.З. Бучацкий. Первый вопрос, который стоит перед нами, -- отмечал он, -- это вопрос о выселении крестьян из В.-Чусовских Городков. У нас этот вопрос идет не гладко... нужно выселить 220 дворов» (ГОПАПО. Ф. 2. Оп. 6. Д. 145. Л. 76).

Переезжать, получать деньги за землю крестьяне не хотели. Со стороны крестьян меры к переселению вызывали сопротивление. «Верхнечусовские Городки столкнулись с невиданным прежде наплывом приезжих, которым крестьяне по распоряжению райисполкома должны были предоставить часть жилой площади в своих домах. В первую очередь заселению подлежали дома “богатеев”, т. е. кулаков. Численность населения в селе за небольшой промежуток времени (с 1929 по 1933 год) выросла в пять раз. В зону нефтеразведочных работ попали сельскохозяйственные угодья, изымаемые у крестьян. Для того чтобы снизить степень риска при отводе земель, в Верхнего-родковском районе ускоренными темпами проводилась коллективизация. С ее успешным проведением властные структуры Пермского округа связывали разрешение целого ряда экономических вопросов. На месте села должен был раскинуться нефтепромысел.

В жизни села стали происходить существенные перемены: создавалась инфраструктура, зарождалась строительная индустрия, укреплялась производственная база нефтепромысла, получили определенное развитие торговое и бытовое обслуживание населения. Добраться сюда было сложно -- не было нормальных дорог. Встал вопрос о срочном сооружении железнодорожной ветки от станции Комарихинской к Верхнечусовским Городкам. И такая ветка протяженностью 12 км была сооружена ускоренными темпами -- всего за два месяца» [Курятников 2009, с. 342-343]. Однако скорость ее сооружения привела к снижению качества проделанных работ. Прокладывались новые телеграфная и телефонная линии. В 1931 году построена электростанция мощностью 6 тыс. кВт.

«Начал функционировать нефтеперерабатывающий завод для переработки открытой в этом районе нефти. На заводе действовала одна установка по упрощенной схеме. В январе 1932 года в районе было коллективизировано 78 % крестьянских хозяйств. Ведущее место в Верхнечусовском районе стало принадлежать нефтяной промышленности. Село было преобразовано в рабочий поселок. Стремительно начавшееся развитие Верхнечусовских Городков было приостановлено отсутствием на территории района крупных запасов промышленной нефти. Чусовское (Городковское) месторождение не оправдало ожиданий, большой нефти здесь не нашли, и дальше первых шагов по изменению облика села (затем рабочего поселка) Верхнечусовские Городки дело не пошло. Нефтепромысел, нефтеперегонный завод продолжили свою деятельность, осуществляя добычу и переработку нефти в достаточно скромных объемах» [Курятников 2009, с. 344]. Амбициозные планы в отношении Верхнечусовских Городков не удалось воплотить в жизнь.