Согласно статистическим данным, после начала политики «реформ и открытости» экономическое развитие Китая вступило в стадию быстрого роста. Однако экономический рост территории КНР был крайне неравномерен и темпы экономического роста в разных регионах значительно различались [ІЙЙМ 2011, Ж. 28-34]. Статистические данные различных провинций показывают, что в период 1979-1992 гг. провинцией с самым высоким темпом экономического роста в стране была провинция Гуандун с 13,3 %, за ней следовала Чжэцзян с 12,5 %, Хайнань с 12,0 % (данные за 1987-1992 гг.), Фуцзянь - 11,6 %, Шаньдун, Цзянсу и Синьцзян - все 11,1 %. Эти семь провинций являлись регионами, где экономика Китая росла быстрее всего после начала политики «реформ и открытости». Провинциями с самыми низкими среднегодовыми темпами роста ВНП в стране были Хэйлунцзян (6,0 %), Цинхай (6,2 %), Шэньси, Ляонин, города центрального подчинения Тяньцзинь и Шанхай - среднегодовые темпы роста ВНП были ниже 8 % [ЖЖ№ 2016, Ж. 155-156].
Сравнение двух различных периодов до и после «реформ и открытости» показывает, что темпы экономического роста в некоторых провинциях и автономных регионах значительно увеличились, в то время как темпы экономического роста в некоторых провинциях и регионах даже имели тенденцию к снижению [Ж$0?2010, Ж. 51-59]. По сравнению с периодом с 1953 по 1978 г. в период с 1979 по 1992 г. провинцией с наибольшим увеличением среднегодовых темпов роста ВНП была провинция Гуандун, которая наметила рост с 5,2 % ± до 13,3 %, увеличившись на 8,1 %, а в провинции Фуцзянь показатели выросли с 6,8 % ±
%, увеличение на 4,8 %; темпы роста провинции Цзянси выросли с 4,3 % ± 9,3 %, увеличившись на 5,0 %; в Гуйчжоу показатели выросли с 5,1 до 9,2 %, увеличившись на 4,1 %; в Юньнани - с 6,0 до 9,6 %, темп роста составил 3,6 %.
С 1992 г. различия в темпах экономического роста в разных регионах Китая становились всё больше. Провинцией с наивысшим темпом роста ВВП в 1992 г. была провинция Цзянсу (26,2 %), а с самым низким темпом роста - провинция Хэйлунцзян (6,5 %), разница между ними составила
%. Провинциями с темпами роста ВВП более 20 % в 1992 г. были: Хайнань (23,3 %), Гуандун (22,0 %), Фуцзянь (20,8 %); провинции и автономные районы с годовым темпом роста ВВП менее 10 %: Тибет (7,1 %), Цинхай (7,4 %), Нинся-Хуэй- ский автономный район (7,5 %), Шэньси (8,7 %), Гуйчжоу (9,1 %), Ганьсу (9,7 %), большинство из которых принадлежали к районам проживания этниче скихменьшинств. Провинцией с наивысшим темпом роста ВВП в 1993 г. была Чжэцзян (25,7 %), а с самым низким темпом роста - Хэйлунцзян (5,8 %), то есть разница между ними составила 19,9 %. Провинции и автономные районы с темпами роста ВВП выше 20 % в 1993 г.: Фуцзянь (25,7 %), Хайнань (24,5 %), Гуандун (22,3 %), Шаньдун (22,3 %), Аньхой (22,3 %), Гуанси-Чжуанский автономный район (21,2 %), Цзянсу (20,1 %). Провинциями и автономными районами с темпами роста ВВП менее 10 % в 1993 году являлись: Тибетский автономный район (8,2 %) и Синьцзян- Уйгурский автономный район (9,5 %) [Жй'Д 2016, Ж. 155-156].
Анализ показателей регионального неравенства с 1978 по 2000 г. показывает, что 1990 г. стал поворотным моментом эволюции неравномерного регионального развития, т. к. экономический разрыв между регионами Китая увеличился именно после 1990-х гг. Только в 2003 г. региональный экономический разрыв в Китае продемонстрировал тенденцию к сокращению. В период с 1978 по 2000 г. региональное неравенство усиливалось в результате слабых межрегиональных связей между Восточным, Центральным и Западным регионами. Отсутствие эффективных механизмов управления в Центральном и Западном регионах, преобладание множества старых промышленных предприятий приводило к отставанию данных территорий по уровню развития от Восточного региона [^ЙМ 2011, Ж. 28-34]. Формирование и начальный период реализации в начале XXI века ключевых стратегических направлений развития Центрального, Восточного и Северо-Восточного регионов способствовали привлечению государственных и иностранных инвестиций в крупномасштабные проекты данных территорий, комплексному строительству региональной инфраструктуры и усилению региональной экономики, что создавало основу для скоординированного и сбалансированного регионального развития всей территории Китая. С точки зрения промышленной инфраструктуры региональные диспропорции в обрабатывающей промышленности долгое время были основным фактором, способствующим региональному экономическому неравенству в Китае, занимая доминирующее положение. Однако по мере увеличения доли производства третичной отрасли и регионального распределения после 1990 г. региональный разрыв в сфере услуг постепенно превращается в основной фактор, способствующий неравномерному региональному развитию Китая [ІЙМ 2019, Ж. 13-24].
За годы «реформ и открытости» КНР добился значительных достижений во всех аспектах экономического и социального развития. Однако под влиянием многих факторов дисбаланс регионального экономического и социального развития был постоянно сопровождающим процессом эволюции регионов Китая. Неравномерность регионального развития имела свою объективность и долгосрочный характер. Однако как только диспропорциональность превышала критическое значение, это неизбежно влияло на всестороннее, скоординированное и устойчивое развитие Китая на протяжении строительства «социализма с китайской спецификой».
Региональное неравенство в XXI веке
С 2001 по 2010 г. Китай добился быстрого и стабильного экономического роста и постепенно улучшил свои показатели регионального экономического развития. Однако неизбежной оставалась проблема регионального неравенства, связанная с основным внутренним производством Китая. В Докладе об экономическом развитии Китая (2008-2009 гг.) отмечалось, что с точки зрения регионального ВВП Восточный регион достиг ВВП в 15 234 638 млрд юаней, что составляло 55,28 % от общего объема страны; Центральный регион достиг ВВП в 6 359 783 млрд юаней, что составило
%; ВВП Западного региона - 3 630 722 млрд юаней, что выражалось в 13,17 %; ВВП СевероВосточного региона - 2 337 318 млрд юаней, что представлено 48 %. С точки зрения эффективности экономического развития Центральный, Западный и Северо-Восточный регионы не повысили свою экономическую эффективность одновременно с увеличением регионального ВВП, а региональная экономическая эффективность осталась на исходном уровне. В Восточном регионе наблюдалось относительное замедление экономического роста, больше внимания уделялось качеству экономического развития. По сравнению с другими регионами Восточный регион имел очевидные преимущества, а его высокий спрос на потребление, инвестиции и внешнюю торговлю являлся движущей силой экономики Китая.
За последнее десятилетие экономический рост некоторых северо-восточных провинций замедлился, в то время как юго-восточные районы сохранили тенденцию к экономическому подъему. С 2004 по 2020 г. региональное неравенство между Северо-Востоком и Юго-Востоком КНР постепенно усиливалось. Региональное неравенство в 2010-2020 гг. наблюдалось и внутри крупных основных функциональных регионов. В Западном регионе КНР уровень экономического развития югозападных районов намного превышал показатели северо-западных районов. С 2011 г. по настоящее время в Северо-Восточном регионе Далянь, Чанчунь, Шэньян и Харбин сохраняют низкие темпы социально-экономического развития, как и остальные старые промышленные базы, в основном также сосредоточенные в Центральном регионе КНР. Региональное неравенство в Центральном Китае представлено разрывом в развитии между провинциями. Хэнань, Хубэй и Хунань имеют хорошие темпы развития, в то время как Аньхой, Цзянси и Шаньси не обладают сильными «полюсами роста» и отстают в показателях регионального экономического роста. В Восточном регионе региональное неравенство наблюдается, с одной стороны, между экономически развитыми административно-территориальными единицами провинциального уровня (Гуандун, Цзянсу, Чжэцзян, Шаньдун, Пекин и Шанхай) и, с другой стороны, менее развитыми провинциями Хэбэй и Хайнань.
В ходе реализации Четырнадцатого пятилетнего плана социально-экономических преобразований (2021-2025) Китай продолжает реализовывать политику, направленную на снижение регионального неравенства. Особое влияние в сложившейся ситуации на региональную экономику оказывают: распространение коронавирусной инфекции; действия США по подавлению экспортно ориентированной экономики Китая; комплекс мер со стороны западноевропейских стран и США по подавлению китайских высокотехнологичных предприятий в основных регионах КНР. В настоящее время внутренний спрос, формируемый инвестициями и потреблением, будет в большей степени определять будущий потенциал экономического роста регионов КНР и преодоления регионального неравенства.
Заключение
Особое влияние на региональное неравенство в Китае оказала последовательная реализация стратегий региональных пространственных преобразований. После основания КНР в 1949 г. была официально начата индустриализация. Происходило усиление Восточного и Северо-Восточного регионов при отставании Центральной и Западной частей Китая. В середине 1960-х гг. с учетом подготовки к войне Мао Цзэдун предложил провести «трехлинейное строительство», которое предполагало размещение основных производственных мощностей КНР в Центральном и Западном Китае. До 1978 г. центральное правительство реализовывало стратегию сбалансированного регионального развития, осуществляло рациональное распределение производительности и уделяло особое внимание внутреннему строительству, но это не решило проблему регионального неравенства Китая. После начала политики «реформ и открытости» экономическое развитие Китая вступило в стадию быстрого роста. Однако экономический рост территории КНР был крайне неравномерен и темпы экономического роста в разных регионах значительно различались. Анализ показателей регионального неравенства с 1978 по 2000 г. показывает, что 1990 г. стал поворотным моментом эволюции регионального неравенства, т. к. экономический разрыв между регионами Китая увеличился именно после 1990-х гг. Только в 2003 г. диспропорциональность в КНР продемонстрировала тенденцию к сокращению.
Библиографический список
2007 - ЇГШ. ЖШіЖФІЖ^ЖЖ^Ж^МЖЖШ: 1978-2005. ЖЖ, 2007. 124 Ж.Ван Фэн. Институциональные изменения в Китае и несбалансированное экономическое развитие: 1978-2005 гг. Чунцин, 2007. 124 с.
Ж^Щ 2016 -Ж^Щ. // ?±ЖЖЖ. 2016 ж. №1. Ж. 155-156. Ван Юньхуэй.
Анализ текущей ситуации и причины несбалансированного развития в Китае) // Шэкэсюэ лунь (Теория общественных наук). 2016. № 1. С. 155-156.
Ж#ВҐ 2010 - Ж#ВЖ ЖШКЩ5ЖЖЈШ^ЖЯЖЖЖЖ// ЖШЖЖ^Ж. 2010 Ж. №5. Ж. 51-59. Гань Чуньхуэй.
Эволюция регионального экономического разрыва Китая и его промышленное разложение // Промышленная экономика Китая. 2010. № 5. С. 51-59.
ШШ 2011 - ШШ. // 2011 ж. № 3. Ж. 28-34.
Лян Лунбинь. Исследование конвергенции несбалансированного регионального экономического развития в Китае // Исследования экономических проблем. 2011. № 3. С. 28-34.
йжм 2019 - ^жм. шшФшшшшш&т-*тш.шш40Ж // 2019 ж. № 1.
Ж. 13-24. СяоЦзиньчэн. От несбалансированного регионального развития к скоординированному региональному развитию - 40 лет регионального развития Китая // Обзор региональной экономики. 2019. № 1. С. 13-24.
Изотов 2007 - Изотов Д.А. Оценка социально-экономического неравенства регионов Китая: факторный подход // Таможенная политика России на Дальнем Востоке. 2007. № 2 (39). С. 43-48. URL: https://elibrary.ru/item. asp?id=21051204. EDN: https://elibrary.ru/rsrgix.
Макеева 2020 - Макеева С.Б. КНР: стратегия устойчивого развития регионов (1980-е - 2000-е гг.) // Азия и Африка сегодня. 2020. № 4. C. 19-25. DOI: http://doi.org/10.31857/S032150750009101-3. EDN: https://elibrary.ru/inadha.
Самбурова 2014 - Самбурова Е.Н. Региональные диспропорции современного развития экономики Китая // Вестник Московского университета. Серия 5. География. 2014. № 4. C. 49-55. URL: https://vestnik5.geogr.msu.ru/ jour/article/view/83; https://elibrary.ru/item.asp?id=22612400. EDN: https://elibrary.ru/tavmyx.
Чжань Чжан. Проблема неравенства в Китае в контексте устойчивого развития // Вестник РУДН. Серия: Политология. 2017. Т. 19, № 4. C. 448-453. DOI: http://doi.org/10.22363/2313-1438-2017-19-4-448-453. EDN: https:// elibrary.ru/zxlsst.
References
Van Fjen 2007 - Van Fjen (2007) Institutional change in China and unbalanced economic development: 1978-2005. Chongqing, 124 p. (In Chinese)
Wang Yunhui 2016 - Wang Yunhui (2016) Analysis of the current situation and the causes of unbalanced development in China. Theory of Social Sciences, no. 1, pp. 155-156. (In Chinese)
Gan' Chun'hujej 2010 - Gan' Chun'hujej (2010) Evolution of China's regional economic gap and its industrial decay. Industrial Economy of China, no. 5, pp. 51-59. (In Chinese)
Ljan Lunbin' 2011 - Ljan Lunbin' (2011) Research on the convergence of unbalanced regional economic development in China. Research on Economic Issues, no. 3, pp. 28-34. (In Chinese)
Sjao Czin'chjen 2019 - Sjao Czin'chjen (2019) From unbalanced regional development to coordinated regional development - 40 years of China's regional development. Overview of Regional Economics, no. 1, pp. 13-24. (In Chinese)
Izotov 2007 - Izotov D.A. (2007) Assessing the socio-economic inequality of China's regions: a factorial approach. Customs Policy of Russia in the Far East, no. 2 (39), pp. 43-48. Available at: https://elibrary.ru/item.asp?id=21051204. EDN: https://elibrary.ru/rsrgix. (In Russ.)
Makeeva 2020 - Makeeva S.B. (2020) China: strategy of regions' sustainable development (1980-2000s). Asia and Africa Today, no. 4, pp. 19-25. DOI: http://doi.org/10.31857/S032150750009101-3. EDN: https://elibrary.ru/inadha. (In Russ.)
Samburova 2014 - Samburova E.N. (2014) Regional disparities in the present-day development of China's economy. Vestnik Moskovskogo universiteta. Seriya 5, Geografiya, no. 4, pp. 49-55. Available at: https://vestnik5.geogr.msu.ru/ jour/article/view/83; https://elibrary.ru/item.asp?id=22612400. EDN: https://elibrary.ru/tavmyx. (In Russ.)
Zhang Zhan 2017 - Zhang Zhan (2017) Inequality in China in the context of sustainable development. RUDN Journal of Political Science, vol. 19, no. 4, pp. 448-453. DOI: http://doi.org/10.22363/2313-1438-2017-19-4-448-453. EDN: https:// elibrary.ru/zxlsst. (In Russ.)