Государство зорко следило за тем, чтобы ведение церковного хозяйства осуществлялось в соответствии с советским законодательством. На местах эта установка трактовалась как запрет продавать и отпускать со складов для церкви стройматериалы и другие необходимые товары. Оставалось одно - договариваться с кладовщиками, прорабами, шоферами и другими людьми разных профессий, имеющими доступ к распределению строительных материалов. В целях «своевременного реагирования на факты нарушения советского законодательства» [1, д. 58, л. 26-27] представители власти на местах, отправляя соответствующие уведомления в финансовые органы [Там же, д. 63, л. 14], работали над тем, чтобы инкриминировать священнослужителям финансовые преступления.
В тех случаях, когда представителям власти становилось известно, что в приходе появляются возможности для дополнительного ремонта храма или расширения церковной ограды, включался механизм блокирования инициативы. Например, члены церковного совета ставили в известность уполномоченного по делам религии о том, что трудные предписания райисполкома удовлетворены, «строения, угрожающие молитвенному дому в пожарном отношении, согласно указанию городской пожарной охраны, отнесены; дорога для подъезда к молитвенному дому в случае пожара обеспечена; устроен при молитвенном доме водоем в 75 кубов воды; вся занимаемая территория обнесена оградой; насажено в ограде более 150 деревьев» [Там же, д. 58, л. 36-37]. Только есть просьба для увеличения алтаря на заготовленный фундамент сделать своими силами надстройку [Там же]. Однако попытка расширить алтарь была истолкована как «бесчинство» и «хулиганское» поведение. «Настоятель Виноградов бесчинствует на территории <…> церкви, ломает ограду, замки и своими действиями вызывает возмущение верующих», - жаловался в письме в Совет по делам религиозных культов при Совете министров уполномоченный верующих В. С. Чеботников [Там же, л. 59]. В. С. Чеботников требовал возбудить против священника Виноградова уголовное дело. В итоге Виноградова сняли с регистрации. О дальнейшей его судьбе нам ничего неизвестно.
После отставки Н. С. Хрущева политика по отношению к Церкви стала более умеренной. Массовое закрытие религиозных общин и православных церквей почти прекратилось. Но церкви, закрытые в годы хрущевских гонений, не были возвращены верующим. Высокомерное отношение к священнослужителям сохранялось в послехрущевское и послебрежневское время. Даже во время горбачевской перестройки с духовенством вели себя пренебрежительно. Примером этому служит распоряжение епископа Гедеона клирику Никольской церкви г. Новокузнецка протоиерею Вячеславу Дылевскому от 29 февраля 1988 г.: «Учитывая беспрецедентный случай в моей практике - Вас, настоятеля храма, уволил церковный совет и снял с регистрации Б. В. Кирпиков - я вынужден освободить Вас от занимаемой должности, хотя к Вам никаких претензий не имею. О своем дальнейшем трудоустройстве позаботьтесь, батюшка, сами, т.к. я не знаю причины Вашего увольнения. Митрополит Гедеон» [10].
Таким образом, смягчение политики советского государства по отношению к Церкви и верующим, наблюдавшееся в период Великой Отечественной войны, оказалось вынужденным и временным. В послевоенные десятилетия, особенно в годы правления Н С. Хрущева, власть старалась дискредитировать Церковь и православное духовенство в глазах советских граждан посредством пропаганды нелицеприятного образа священника, проведения комсомольских антирелигиозных акций, обвинений в расхищении социалистической собственности и финансовых махинациях. Доказательством этому служат многочисленные факты пренебрежительного, порой кощунственного отношения к духовенству и чувствам верующих со стороны партийных органов в городах Юга Западной Сибири.
Список литературы
1. Государственное казенное учреждение Кемеровской области «Государственный архив Кемеровской области в г. Новокузнецке». Ф. 1. Оп. 4.
2. Государственный архив Новосибирской области. Ф. Р-1418. Оп. 1.
3. Журавский А. В. Приход в Русской Православной Церкви ХХ в. // Православная энциклопедия. Русская Православная Церковь. М.: Русь, 2000. С. 276-294.
4. Иошкин М. В. Атеистическая деятельность комсомола Тамбовской области в 1960-1961 гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 9. Ч. 1. C. 63-64.
5. Казем-Бек А. Русская Православная Церковь в 1961 году // Журнал Московской Патриархии. 1962. № 1. С. 27-42.
6. Краевое государственное казенное учреждение «Государственный архив Алтайского края» (КГКУ «ГААК»). Ф. Р-834. Оп. 4.
7. КГКУ «ГААК». Ф. Р-1692. Оп. 1.
8. Кривошеин В. А. Две встречи: Митрополит Николай (Ярушевич) и Митрополит Никодим (Ротов). М.: Сатис, 2003. 224 с.
9. Николин А. А. Церковь и государство (история правовых отношений). М.: Изд-во Сретенского монастыря, 1997. 429 с.
10. Семейная история Дылевских / записал А. Г Кошкаров. Новокузнецк, 2006.
11. Слезин А. А. Тайные методы борьбы с религией в Тамбовской области на рубеже 1950-1960-х гг. // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов: Грамота, 2013. № 9. Ч. 2. С. 169-172.
12. Слезин А. А., Беляев А. А. Провинциальный комсомол в системе взаимоотношений советского государства и Русской православной церкви (1940-е - начало 1960-х гг.) // Политика и общество. 2010. № 1. С. 22-29.
13. Цыпин В. А. РПЦ в новейший период. 1917-1999 гг. // Православная энциклопедия. Русская Православная Церковь. М.: Русь, 2000. С. 134-178.