Особенность контроля за пространством сетевых структур проявляется в их особой неуязвимости и живучести. Если идет атака на один из узелков, сеть сохраняет свой потенциал в других узелках и легко сможет восстановить утраченный. Государства все меньше и меньше способны контролировать процессы, проходящие на их территории. Контроль достаточно быстро уходит к сетям. Самое опасное для человечества в этой геополитической парадигме кроется в том, что всеми преимуществами данной экспансии пользуются в первую очередь сети нелегальные, так как они всегда на шаг впереди легальных по одной простой причине - им не нужно время для легализации. Яркие примеры этих особенностей мы наблюдаем в Афганистане, и особенно в Ираке, где блок НАТО разрушил легальную государственную структуру, пусть недемократическую, но легитимную на данной территории, способную ее контролировать, а взамен возникло пространство, контролируемое нелегальными сетевыми структурами. Борьба против них крайне затруднительна, возможна только посредством сетевых структур, но легальные сети организовать на эту борьбу также сложно.
В свете новой геополитической парадигмы современному государству, претендующему на существенную роль в мировой политике необходимо кардинально пересмотреть те установки, которые определяют приоритеты и само проведение внешней политики. Выделим ключевые моменты, на которые стоит обратить особое внимание:
в рамках новой геополитической парадигмы сетевых структур государству, чтобы не оказаться списанным на свалку истории, нужно самому создавать сетевые структуры или участвовать в функционировании уже имеющихся;
в мировой политике (и сетевой структуре) может определять правила игры лишь тот, кто участвует в ее создании;
вытеснить (победить, если угодно) сетевую структуру возможно только при использовании тех же сетевых механизмов и инструментов, связанных прежде всего с новыми возможностями коммуникации и передачи информации в режиме реального времени.
Геополитическая парадигма сетевых структур - явление новое, оно требует более серьезного теоретического осмысления.
2. ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ МОДЕЛИ МИРОВОГО УСТРОЙСТВА В ТЕОРИЯХ И КОНЦЕПЦИЯХ РОССИЙСКИЙ ГЕОПОЛИТИКОВ
В современной российской дискуссии по поводу места страны в глобальной геополитике можно выделить три основных направления: 1) атлантическое; 2) отход от прочных связей с Западом и выбор «восточной альтернативы»; 3) балансирование между Востоком и Западом, использование преимуществ от связи с теми и другими при сохранении российской самобытности.
Наиболее основательно разработанной в отечественной науке является концепция неоевразийства. А. Г. Дугин считает, что сложившийся сегодня однополюсный мир должен измениться в сторону новой биполярности, только в этом направлении Евразия смогла бы обрести перспективу подлинной геополитической суверенности [4]. Только новая биполярность сможет впоследствии открыть путь такой многополярности, которая выходила бы за рамки талассократической либерал-демократической системы, т.е. истинной многополярности мира, где каждый народ и каждый геополитический блок смог бы выбирать собственную систему ценностей. Одно из разновидностей «неоевразийства» - представители национальной идеократии имперского континентального масштаба. В их исследованиях Россия - это ось геополитического «большого пространства». Ее задача и миссия - создание империи евразийского социализма. Либеральную экономику, создаваемую российскими реформаторами, они считают признаками атлантизма. Эта школа неоевразийцев понимает Европу как континентальную силу, Иран - как союзника России. Другое течение неоевразийства поддерживает и развивает идеи, призванные воссоздать экономическое взаимодействие бывших республик СССР (Н. Назарбаев, Г. Зюганов, В. Жириновский).
Представители русской националистической геополитической школы (В. Аксючиц, Н. Павлов, представителей РПЦ), которая носит преимущественно изоляционистский характер, полагают, что геополитический союз с тюрками и мусульманами опасен для русского народа и приведет к его растворению в евразийском «котле».
Западническая геополитическая школа сформировалась на рубеже 80-х - 90-х гг. XX в. Была представлена и реализована в «доктрине Козырева», в основу которой были положены два мифа: во-первых, что Запад в ответ на уход России из Центральной Европы обеспечит финансирование ее экономического возрождения; во-вторых, что заимствованные западные модели либеральной демократии и свободной рыночной экономики быстро приживутся на российской почве и также поспособствуют этому возрождению [7].
В настоящее время в связи с очевидным провалом «доктрины Козырева» представители этого направления эволюционировали в сторону умеренно-патриотических взглядов и сформировали так называемую консенсусную геополитическую модель. Согласно ей, рекомендуется избегать крайних, опасных для будущего России концепций русского национализма, неоевразийства и западничества. Необходимо ориентироваться на геополитическую самостоятельность страны, реализм и прагматизм внешней политики и эффективно использовать имеющиеся в России возможности для влияния на глобальную геополитическую ситуацию (Г.Явлинский, А. Чубайс). На фоне этих трех направлений российской геополитической мысли оригинальными представляются взгляды В. Л. Цымбурского - современного российского философа и культуролога, который определил выбранную им область исследований как «цивилизационную геополитику».
3. СЦЕНАРИИ И МОДЕЛИ НОВОГО МИРОВОГО УСТРОЙСТВА
Чтобы адекватно представить себе линию развития стран в будущем веке и тысячелетии, необходимо окинуть панораму этого нового мира, выяснить очертания той картины, которая складывается на горизонте будущего на рубеже эпох. Будущее неопределенно. Никто не может с уверенностью сказать, что точно знает что и случится и что произойдет. И тем не менее, внимательное рассмотрение магистральных тенденций позволяет приблизительно наметить определенные тенденции, которые скорее всего в той или иной форме реализуются в дальнейшем. Нет сомнений, что конец миллениума предлагает нам принципиальную новую карту становящейся реальности, где действует созвездие сложных ансамблей сил, трендов, тенденций, векторов. Все они представляют систему вызовов для каждой из стран. На все эти вызовы каждая страна должна дать определенный ответ. И по мере формулировки самых приблизительных и общих прояснятся основные черты той магистральной стратегии, которой должны следовать страна и народ в будущем, продолжая двигаться по высоким путям своего исторического предназначения. Главные геополитические тренды ХХI века.
Геополитическая картина, складывающаяся на рубеже тысячелетия, является для России довольно удручающей и не предвещает ничего хорошего. Этот зловещий компонент надвигающегося геополитического будущего нельзя игнорировать. Геополитическое содержание мировой истории представляет собой дуэль двух типов цивилизации - цивилизации Суши и цивилизации Моря. Цивилизация Моря (атлантизм) исторически нашла свое наиболее совершенно выражение в структуре современного Запада, группирующегося вокруг США и стран НАТО. Цивилизация Суши постепенно отождествилась с Россией-Евразией, с континентальными пространствами сердцевинной земли. Последний - по времени - этап этой дуэли протекал в форме противостояния Восточного блока со странами Западного блока, двух сверхдержав СССР и США. СССР выполнял роль евразийского полюса, США - атлантистского. Поражение СССР в этом противостоянии тождественно геополитическому поражению всей цивилизации Суши. Это колоссальное поражение России, нашего народа, нашей исторической миссии. Никакой иной геополитической оценки данного явления просто не может быть. Мир, который складывается после этого проигрыша, является однополярным и американоцентричным. Это мир, в котором победу одержали атлантизм, цивилизация Моря. И соответственно, архитектура планетарной реальности, созидающейся в таких обстоятельствах, новый мировой порядок по логике вещей будет строится (если ему ничто не сможет помешать) на принципах, диктуемых Западом и США. Стратеги атлантизма прекрасно отдают себе в этом отчет, будучи уверенными, что следующее столетие будет американским веком. США остались единственной мировой сверхдержавой, и они сделают все возможное, чтобы закрепить за собой эту роль единоличного мирового арбитра, бдительно надзирающего за тем, чтобы возможность появления любой цивилизационной альтернативы (Евразийской Альтернативы) была исключена. К этому, собственно, сводится содержание стратегических и геополитических проектов американского руководства применительно к ХХI веку. В будущем намечается однополярный мир, основанный на господстве США и недопущении возрождения самостоятельной Евразии. Иными словами, Россия как могучая самостоятельная держава, следующая по пути своего исторического предназначения, заведомо исключается из будущего. По меньшей мере так обстоит дело в стратегических планах и проектах атлантистских идеологов, имеющих на своей стороне реальную политическую, военную и экономическую мощь.
Мондиализм (универсализация под эгидой Запада)
Другой важнейшей тенденцией надвигающейся геополитической картины мира является стремление мира к унификации, мондиализации (от французского le monde, мир), к размыванию границ между государствами, народами, культурами. Параллельно распаду традиционных образований - таких как государства-нации - намечается организация новых форм объедения (микро-национализмы, этнизм, нео-трибализм и т.д.). Процесс мондиализации при сохранении основных геополитических тенденций (доминация атлантизма) будет не нейтральным и спонтанным, но спонсируемым, курируемым и организуемым единственной международной державой. Иными словами, мондиализация будет содержательно являться универсализацией атлантистской модели, перенесением основных черт западной цивилизации Моря на весь остальной мир. Этот Единый Мир будет складываться таким образом, чтобы быть увеличенной проекцией Соединенных Штатов Америки с соответствующим набором основных социально-экономических ценностей, лишь несколько адаптированных к локальным условиям.
Богатый Север против бедного Юга
Следующей важнейшей геополитической тенденцией является развивающаяся дифференциация между странами богатого Севера (полюс атлантизма) и странами бедного Юга (периферия атлантизма). Это соотношение многообразно, но сущность его сводится к обратным пропорциям баланса между благами атлантистской организации мира и ее издержками. Баланс богатого Севера положителен в смысле благ и отрицателен в смысле издержек, баланс бедного Юга, соответственно наоборот. Демографические, экологические, социальные, финансовые, политические и культурные издержки цивилизации Моря ложатся на страны периферии. Такое соотношение породит противоречия нового типа, которые во многом будут определять картину планетарной реальности. Можно констатировать, что на смену национальным и классовым противоречиям, предопределившим логику ХХ века, приходит эпоха противоречий геополитических и геоэкономических.
Виртуализация пространства
Еще одной тенденцией геополитики ХХI века является изменение качества планетарного пространства, которое прараллельно развитию средств транспорта и особенно телекоммуникаций из привычных форм переходит к новому модусу существования. Реальное географическое и геополитическое пространство мира как бы дублируется на уровне виртуальном, на уровне информационных систем и сетей [8]. Это порождает особое измерение геополитической картины мира, где основные тенденции финансового процесса, культурного и цивилизационного утверждения, политических баталий и эволюций переводится в сферу виртуального мира глобальной компьютерной сети. Эта виртуальная реальность представляет собой очень важный параметр нового геополитического устройства мира, так как закономерности ее структуры и функционирование, присущие ей новые качества явно повлияют самым серьезным образом на все основные параметры человеческого существования.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
геополитический парадигма мировой устройство
Процесс развития геополитики органично и тесно связан с процессом развития человеческой цивилизации - появлением новых государств, расширением территорий, характером взаимоотношений между ними [2]. Практикоориентированный характер геополитики, заставлял от исследователей быстро реагировать на происходящие изменения, будь то научно-техническая революция, демократизация, глобализация, масштабная война и пр.
Современные геополитические концепции чрезвычайно многогранны. В основном они имеют мультипарадигмальный и интегративный характер. Несмотря на то, что и в современных теориях явственно прослеживается преемственность классической геополитики, сегодня у исследователи рассматривают и учитывают не только географический, но и социокультурный, институциональный, психологический компоненты.
Использование современных подходов: структурно-функционального, неоинституционального, системного, социокультурного и др. позволило геополитике существенно расширить свой предмет и методологию и превратиться в смежную дисциплину на стыке политологии, географии, истории, социологии, психологии, философии и пр. Именно благодаря этому мы оцениваем перспективы развития геополитики в XXI в. крайне высоко.
СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМЫХ ИСТОЧНИКОВ
1.Алексеева, И. В., Зеленев, Е. И., Якунин, В. И. Геополитика в России. Между Востоком и Западом (конец XVIII - начало ХХ века). / И. В. Алексеева, Е. И. Зеленев, В. И. Якунин - СПб.: С.-Петерб. ун-та, 2001.
.Василенко, И. А. Геополитика: Уч. пос. / И. А. Василенко - М.: Логос, 2003.
.Гаджиев, К.С. Введение в геополитику. Учебное пособие. / К. С Гаджиев - Москва: "Логос", 2001.
.Дугин, А. Г. Основы геополитики. / А. Г. Дугин - М.: Арктогея, 1997.
.Желтов, В.В., Желтов, М.В. Геополитика: история и теория: Учебное пособие./ В. В. Желтов, М. В. Желтов - М.: Вузовский учебник, 2009.
.Исаев, Б.А. Геополитика: Учебное пособие./ Б. А. Исаев - СПб.: Питер, 2006.
.Нартов, Н.А. Геополитика./ Н. А. Нартов - М.: ЮНИТИ, 2002.
.Цыганков, П.А. Теория международных отношений. Уч. пос./ П. А. Цыганков - М.: Гардарики, 2002.