Если в коммуникативной ситуации будет иметь место столкновение неперекрывающихся образов желаемого будущего, несовпадающих представлений о месте в будущем обществе знаний и технологий, то отсутствие общей базы поставит профана и эксперта на позиции, затрудняющие диалог. У носителя профанного знания диапазон возможных позиций предельно широк: от консервативной традиционалистской установки (при этом профан может чувствовать себя как отвергаемый технократическим обществом маргинал) до безоговорочного принятия преобразовательного пафоса общественного развития, обеспечивающего психологическую поддержку коммуникации с экспертом - апологетом сциентизма.
Невозможно отрицать, что на этапе перехода от экспертных обсуждений к действию контр-экспертная позиция становится более ответственной. Позиция носителя профанного знания не может быть определена как решение: объединение аргументов экспертов или как автоматическое присоединение к позиции, кажущейся наиболее рациональной и (или) обоснованной. Суммирование аргументов экспертов зачастую невозможно, так как они базируются на различных теоретических основаниях, допущение равноправия которых является особенностью современной науки, испытывают влияние прагматической заинтересованности и личностных миров стейкхолдеров. Определение позиции для носителя профанного знания (контр-экспертиза) не может быть описано как путь рационального рассуждения на базе ценностно отстраненных суждений экспертов о фактах (они попросту невозможны). Коммуникация эксперта и профана не снимает проблемы личной ответственности неспециалиста как субъекта принятия решения за последствия сделанного выбора, сделанный выбор не исключает сомнения в правильности сделанного шага.
Выделим некоторые парадоксы коммуникации, возникающие при взаимодействии профанного и экспертного знания. Коммуникация между профаном и экспертом по поводу науко-размерных ситуаций является практикой, которая может быть рассмотрена в призме различных оптик - лингвистической, социологической, социальнополитической, психологической, фиксирующих несколько парадоксов. Ситуация коммуникативного парадокса связана с наличием нескольких противоположных утверждений, одно из которых является отрицанием другого. Парадокс представляет собой крайнее выражение антитезы, рассуждение, доказывающее как истинность некоторого высказывания, так и истинность его отрицания.
С эпистемической позиции можно говорить о нескольких парадоксах. «Парадокс равенства» - это невозможность признать гносеологическое превосходство рациональных экспертных заключений в сравнении с экзистенциальной позицией носителя профанного знания, обладающего биографическим пластом знаний, уникальным сочетанием в жизненном мире рациональных и иррациональных компонентов, влияющих на личностный выбор. «Парадокс ограниченного выбора» - это невозможность для носителя профанного знания при наличии явных противоречий между позициями экспертов, принять как совершенно не связанное с этими позициями решение, так и решение, являющееся суммативным результатом экспертных заключений. «Парадокс избытка/дефицита» - невозможность предопределить решение носителя профанного знания на основе качественной и количественной избыточности или дефицита экспертных заключений.
По мере развития науки и технологий, видимо, парадоксы коммуникации между экспертной и контр-экспертной позициями будут проявлять себя в еще более контрастных и очевидных формах. Можно сказать, что научный характер экспертной позиции не является фактором, снижающим парадоксальность коммуникации, поскольку особенности современной науки и порожденных ею технологий ведут к множественности концептуальных оснований научной экспертизы. Парадоксальность коммуникации между «профанным» и научным знанием отражает ее сложность, многообразие ее целей и форм, а сама коммуникация становится инструментом проектирования желаемого образа общества, основанного на знаниях и опирающегося на технологии.
Представляется, что перспективы профанного знания связаны не с его постепенным устранением. Целостное мировоззрение будет интегрировать экспертные знания, ставя их в подчинительное положение относительно принимаемой ценностной матрицы, приводя к принципиальной неустранимости контр-экспертного компонента в принятии решений.
Подведем итоги. Экспертиза не может быть охарактеризована лишь как процедура сравнения ситуации с образцом. Она содержит как когнитивно-интерсубъективную (знаниевую) компоненту, так и оценочную, личностно размерную компоненту и требует трактовки как исследовательской практики. Контр-экспертиза как позиция и действия профана не сводимы к формату согласия с определенной экспертной позицией, даже при внешней схожести сделанного неспециалистом выбора с определенной экспертной трактовкой, поскольку позиция носителя профанного знания определяется в результате феноменологического, социально размерного выбора. Коммуникация с экспертом может строиться как в формате личного общения, так в варианте «непрямой комуникации», т.е. быть опосредованной медиаторами и представленной в виде медиатекстов, выполняющих различные функции. Результаты коммуникации определяются множеством факторов, среди которых важно обратить внимание на совпадение (несовпадение) образов будущего, имплицитно присутствующих в экспертизе и контр-экспертизе, а сама коммуникация между профаном и экспертом по поводу науко-размерных ситуаций может быть рассмотрена в призме различных оптик - лингвистической, социологической, социально-политической, психологической оптик, фиксирующих ряд несколько парадоксов (равенства, ограниченного выбора, избытка/дефицита).
Список литературы
1. Брызгалина, Аласания, Садовничий и др., 2016 - Брызгалина Е.В., Аласания К.Ю., Садовничий В.А. и др. Социально-гуманитарная экспертиза функционирования национальных депозитариев биоматериалов // Вопросы философии. 2016. № 2. С. 8-21.
2. Тищенко, 2011 - Тищенко П.Д. На гранях жизни и смерти: философские исследования оснований биоэтики. СПб.: Изд. дом «Мфъ», 2011. 331с.
3. Харре, 2005 - Харре Р. Гибридная психология: союз дискурс-анализа с нейронаукой // Эпистемология и философия науки. 2005. № 4. С. 38-63.
4. Дементьев, 2006 - Дементьев В.В. Непрямая коммуникация. М.: Гнозис, 2006. 376 с.
5. Сидоренко, 2005 - Сидоренко Л.И. Методологическое измерение этоса постнеклассического биологического исследования // Философия науки и техники. 2005. № 1. С. 280-289.
References
1. Bryzgalina, E.V., Alasaniya, K.Yu., Sadovnichiy, V.A. “Social'no-gumanitarnaya e'kspertiza funkcionirovaniya nacional'ny'x depozitariev biomaterialov” [The Social and Humanitarian Expertise of Functioning of the National Depositaries of Biomaterials], Voprosy filosofii, 2016, no. 2, pp. 8-21. (In Russian)
2. Tishhenko, P.D. Na granyax zhizni i smerti: filosofskie issledovaniya osnovanij bioetiki [On the Verge of Life and Death: Philosophical Investigations of the Foundations of Bioethics]. Saint Petersburg: Mir, 2011, 331 pp. (In Russian)
3. Harrй, R. “Gibridnaya psikhologiya: soyuz diskurs-analiza s neironaukoy” [Hybrid Psycholology: A Tandem of Discourse-Analysis with Neuroscience], Epistemology & Philosophy of Science, 2005, no. 4, pp. 38-63. (In Russian)
4. Dementyev, V.V. Nepryamaya kommunikaciya [Indirect Communication]. Moscow: Gnozis, 2006, 376 pp. (In Russian)
5. Sidorenko, L.I. “Metodologicheskoe izmerenie etosa postneklassicheskogo bio- logicheskogo issledovaniya” [Methodological Dimension of the Ethos of Post-neoclassical Biological Research], Filosofiya nauki i tekhniki - Philosophy of Science and Technology, 2005, no. 1, pp. 280-289. (In Russian)